13:2823.11.10

Вячеслав Зиланов: «Россия будет вынуждена вести рыболовство, как это делалось в 50-60-е годы прошлого века»

Вячеслав Зиланов: «Россия будет вынуждена вести рыболовство, как это делалось в 50-60-е годы прошлого века»

Как ИА «Nord-news» уже сообщало, заседании Мурманской областной думы 18 ноября Андрей Иванов, председатель комитета по природопользованию и агропромышленному комплексу,  без объяснения причин озвучил решение думской фракции партии «Единая Россия» о внесении в повестку дня вопроса об отзыве обращения регионального парламента в Государственную Думу, Совет Федерации и российское правительство. Оно касается внесения рыбацких поправок в договор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане, причём сделать это требовалось до ратификации.  Областная дума большинством голосов приняла решение - отозвать своё обращение в Госдуму.
Дать оценку произошедшего и спрогнозировать дальнейшее развитие событий мы попросили одного из инициаторов внесения рыбацких поправок, председателя КС «Севрыба» Вячеслава Зиланова
(фото).
- Было неожиданно, что Мурманская областная дума на своём заседании 18 ноября приняла решение - полностью отказаться от своей точки зрения, которую выразила 21 октября. Не прошло и месяца, и вдруг - поворот на 180 градусов.
- С вашей точки зрения, почему так поступила областная дума?
- Я могу только высказать свои предположения - это нажим со стороны федеральных органов власти, нажим из Москвы. Более того, результаты голосования в нашей облдуме наглядно показали, откуда идёт этот нажим.
За отзыв проголосовали только члены фракции партии «Единая Россия».
- Что произойдёт дальше с учётом того, что региональный парламент отозвал своё обращение?
- Бумагу можно отозвать - это несложный процесс. Но проблема-то как была, так и осталась, её нужно решать. Мы, общественники, будем продолжать убеждать уже Государственную Думу и её комитеты. Туда в ближайшие дни из аппарата российского правительства или президента поступит документ на ратификацию. В соответствии с регламентом ГД должна рассмотреть этот вопрос в первоочередном порядке. Прежде всего, документ должен рассматриваться в профильном комитете - по международным делам, а затем, поскольку содержание соглашения затрагивает тему природных ресурсов, к которым относятся углеводороды и рыба, его должны рассмотреть и на комитете по природным ресурсам. Мы будем участвовать в этих слушаниях и убеждать депутатов - внести при ратификации те поправки, которые рыбаки просят. Тем более что статья 198-я главы 26-ой регламента Госдумы предусматривает при ратификации таких документов: делать заявления, вносить определённые поправки, предлагать правительству пересмотреть те или иные положения договора, которые не устраивают промышленность. Мы считаем, что добьёмся своего.
- А как в Норвегии настроены на процесс ратификации: ратифицировать соглашение о разграничении без всяких дополнений? У вас имеется какая-то информация?
- По тем сведениям, что есть в открытой норвежской печати, и информации по тем контактам, что есть у наших рыбаков, настрой норвежской общественности, элиты, политических кругов - ратифицировать договор без каких-либо поправок. Это говорит о том, что он их полностью устраивает.
- Если рыбацкие поправки Госдума всё-таки примет, как отнесутся к этому норвежцы? И вообще разве так можно так делать: норвежцы ратифицируют соглашение без поправок, а россияне - с поправками?
- Если мы предлагаем внести поправки, то должны согласовать их с норвежской стороной, и только после этого проводить ратификацию. Норвежцы российские поправки примут, потому что там нет ущемления их интересов. Они заявляют, что договор позволяет осуществлять рыболовные операции в полном объёме. А мы говорим: нет, не позволяет. Давайте, уточним по указанным параметрам.
- Но вы же говорите, что договор даёт норвежской стороне некие блага и преимущества. Зачем же они тогда будут отказываться от этих благ?
- Соглашение даёт норвежцам преимущества по нескольким направлениям. Во-первых, увеличивается площадь норвежской 200-мильной экономической зоны, во-вторых, все продуктивные районы промысла остаются у них, в западных районах. В-третьих, ряд месторождений углеводородов, если бы граница проходила по полярным владениям России, находился бы у нас. А сейчас он оказался у норвежцев. В этих условиях у Норвегии возникает дилемма: пойти навстречу российским опасениям в области рыболовства, либо возвратиться в первоначальное положение, поскольку не будет российско-норвежского договора. Как будут в этом случае поступать норвежцы? Конечно, они пойдут навстречу нашим рыболовным опасениям.
- Если, как вы сказали, отзыв из Госдумы обращения Мурманской областной думы действительно инициирован генералитетом партии «Единая Россия», то почему так уверены, что поправки примут? Единороссов же в ГД, как и в региональном парламенте, - преобладающее большинство.
- Да, их - большинство, и если фракция «ЕР» примет решение - голосовать консолидировано (а так, наверное, и случится), то может быть «продавлено» любое решение. Как бы абсурдно оно не звучало. Но мы всё-таки надеемся, что здравомыслящих людей в партии «Единая Россия» всё-таки больше, чем тех, кто только берёт под козырёк указания сверху.
- Если ратификация пройдёт без поправок, как будет действовать в этом случае российское рыбацкое сообщество, чтобы сохранить своё нынешнее положение в международном рыболовстве? Единороссы говорят, что внедрить эти поправки можно через другие документы, постфактум.
- Мы не договоримся с норвежцами ни по каким нашим условиям, потому что они касаются района международного договора о Шпицбергене. В этом случае будем вынуждены развивать промысел в своей 200-мильной зоне. Другого выхода, чем перемещение района рыболовства из западной части Баренцева моря в восточный, где более мелкая рыба, нет. Россия будет вынуждена вести рыболовство, как это делалось в 50-60-е годы прошлого века. Не совсем рационально, но мы будем это делать. По нашему мнению, если Госдума и президент примут решение ратифицировать соглашение с теми погрешностями, которые есть и в самом соглашении, и в приложении к нему, то должно быть принято какое-то компенсационное решение для рыбаков - мы ведь потеряем часть рабочих мест. Не менее 50%, постепенно, но потеряем. Норвежцы ведь не сразу закрутят нам гайки на всю катушку. Они постепенно станут выдавливать нас из тех районов, как это и происходило в последнее время. Один только пример: впервые за всю практику наших отношений с норвежцами в новом, капиталистическом, конкурентном измерении, Норвегия в начале этого года приняла беспрецедентное решение - полный запрет промысла сельди в районе Шпицбергена. И только благодаря дипломатическому и иным нажимам с российской стороны, они его отменили.
- А какова мотивация - плохое состояние популяции?
- Нет. Просто закрыли Шпицбергенский район для промысла сельди без объяснения причин. Где гарантия, что подобное не будет происходить, когда в соглашении записано, что к западу от линии разграничения - юрисдикция Норвегии. Мы там столкнёмся с закрытием районов промысла, давлением норвежских рыбоохранных служб и ещё с целым рядом вопросов, которые за столом переговоров не преодолеть. Их надо решить сейчас, до ратификации российско-норвежского соглашения. Президенту надо сделать официальное заявление, что эти вопросы в ближайший месяц будут решены с норвежской стороной.
- Вас это устроит?
- Не меня, а рыбаков. Это один из выходов из создавшегося положения. Чтобы звучащие сегодня обещания не остались только словами.
- Я слышала точку зрения, что чиновники вообще, а высокие федеральные чиновники - тем более, мыслят алгоритмами. Они не могут быть семи пядей во лбу в каждой отрасли экономики, но принципиально всё ловят на лету. В этой связи - зачем «разжёвывать» для них буквально каждую фразу? Надо задать тон, обозначить рамочно принцип действий, а расшифровка сути будет потом. А вы как считаете?
- Какой тут алгоритм можно создавать, когда сам документ содержит на 7 страницах всего 8 статей? Читаю первую, которую, если бы прочитал даже помощник президента, ведающий международными делами, то уже бы стал волосы себе на голове рвать. Слушайте, что написано: «Сознавая особое экономическое значение живых ресурсов для их прибрежных рыбопромысловых сообществ...» Где вы видели в природе рыбопромысловые сообщества? Рыбопромысловый - это район.
- Наверное, составители документа просто не владеют профессиональным сленгом.
- Вот для этого и нужны профессионалы. Да здесь и не нужен профессиональный сленг. Составители документа - юристы, и президент по образованию - юрист. Он бы посмотрел на этот документ и спросил: что вы мне такое подсовываете? В Конвенции ООН по морскому праву записано: «прибрежных рыболовецких общин».
- Может, это российский подстрочник с текста на норвежском языке? Шучу, конечно.
- Читаем статью последнюю, восьмую: «Совершено в Мурманске, в двух экземплярах, каждый - на русском и норвежском языках, оба текста имеют одинаковую силу». Это выверенный документ я читаю, он пойдёт на ратификацию в ГД. Какие тут могут быть алгоритмы и абстрактные мышления, о которых вы говорите? Второй момент, для примера. Статья 2 «Вопросы рыболовства. Приложение 1»: «В бывшем спорном районе в пределах 200 миль от материковой части России или Норвегии технические правила в отношении размера ячеи сетей...» Каких сетей? Тралов, дрифтерных сетей, плавных? И далее - «минимального промыслового размера». Кого? Китов, рыб, моллюсков, крабов? Ничего конкретного нет, документ невозможно читать. Наконец, где координаты спорного района? Это что, мы потом будем сидеть вместе с рыбаками, расшифровывать шарады. А норвежцы нам скажут: это не про тот район вы говорите, это размер ячеи не тралов, а дрифтерных сетей. И таких абракадабр я насчитал до десятка.
- Может, текст бы написан второпях?
- Не моя вахта. Я читаю текст, который пойдёт в Государственную Думу на ратификацию. Если документ пройдёт в таком виде, это будет худший из договоров, который когда-либо был подписан царской Россией, советской Россией и современной капиталистической Россией. Он в правовом отношении - не профессионален, а в отношении рыболовных дел - вообще ужасен.

Поделиться: