12:5931.07.12

Россельхознадзор готовится к работе в условиях ВТО

Россельхознадзор готовится к работе в условиях ВТО

Россельхознадзор находится в числе тех ведомств, у которых работы в связи со вступлением в ВТО прибавится больше всего. Служба отвечает не только за безопасность продукции животного и растительного происхождения, но и в известной степени оказывает немалое регулирующее воздействие на отечественный и международный рынок.
- Экономическое состояние российских производителей и ситуация на потребительском рынке будет зависеть от мер, которые примет государство, - считает Сергей Данкверт, руководитель Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору. - А эффективность деятельности Россельхознадзора зависит от ряда факторов, в первую очередь от законодательной базы и от того, насколько приоритетны для государства те задачи, которые должна выполнять наша служба. Если говорить о рынке, то известно, что страны, которые давно являются членами ВТО, применяют закамуфлированные меры защиты своей экономики. Например, США и Евросоюз взаимно запретили друг для друга поставки мяса под предлогом небезопасности продукции, на самом деле преследуя интересы защиты своих производителей и рынков. Так они спорят в рамках ВТО уже 15 лет.
Россия тоже имеет право на определенные защитные меры, даже в рамках ВТО мы имеем право присоединяться к ограничениям, которые применяют другие страны. Но у нас есть ещё одна цель - работать за новые рынки сбыта отечественной продукции.
Должен сказать, что широкого захвата рынков сегодня не позволяет ни одно цивилизованное государство, именно поэтому сейчас у нашего ведомства есть списки предприятий 120 стран, аттестованных для поставок продукции в Россию. Нашим партнерам по ВТО удалось отменить требования по аттестации только в отношении молочной продукции. По этому виду товаров будет заявительный принцип. Но чтобы поставлять в Россию импортную молочную продукцию, зарубежные системы, контролирующие производство на предприятиях и безопасность производимой ими продукции, должны пройти российский аудит. Пока такие аудиты мы не проводили.
К контролю безопасности продукции мы готовы. Но задача государства, в том числе и финансовая, поднять нашу работу на международный уровень. Со своей стороны мы сами вкладываем деньги в модернизацию лабораторий. Два современных лабораторных центра уже работают в Калининградской и Брянской областях. Ежегодно обучаем своих специалистов, каждый год 200 человек проходят повышение квалификации по различным направлениям. Обязательное требование к нашим сотрудникам - знание иностранных языков. Приставлять сейчас к двум специалистам одного переводчика для нас непозволительная роскошь.
Но, считаю, что и государство должно централизованно вкладывать деньги в укрепление нашей системы, в совершенствование диагностической базы. Как показывает практика, у губернаторов в регионах финансирование этого направления идет по остаточному принципу. Они относятся к нашей работе как к бизнес-проектам. Дескать, вы там справки выдаете, берете за них деньги. Это абсолютно неправильно. Мы - не деловая структура, мы обеспечиваем безопасность. Наш вклад в общегосударственное дело - не зарабатывание денег, а предотвращение ущерба.
Помимо этого мы должны повышать требования и к нашим производителям, делать эти требования такими же жесткими, как и те, что предъявляются к производителям Европы, Украины, Америки. В конце концов, это повысит их конкурентоспособность. Вот эти вопросы будут главными в ближайшей повестке дня.
- Когда Россельхознадзор введёт единую автоматизированную систему прослеживаемости продукции? Большинство справок, позволяющих установить происхождение и качество продукта по всей цепочке, сейчас подписывается на местах вручную. В среднем в год выдается 50 млн документов, на это тратится около 20 млрд рублей.
- Систему электронного документооборота мы сделали еще три года назад. Вопрос в том, что кое-кто не хочет его внедрять. И кого-то эти 20 млрд рублей за документы греют. В первую очередь автоматизацию процесса выдачи документов не хотят в регионах. Вот пример. Когда территориальная служба Россельхознадзора работала на границе с Белоруссией, в год регистрировалось от полутора до двух тысяч нарушений. После того как регионам дали больше самостоятельности и продукция, проходящая через границу, стала неподконтрольна Россельхознадзору, и как вы думаете, сколько зафиксировано нарушений? Ни одного. Сейчас мы стали мониторить качество этой продукции, и уже есть с десяток выявленных нарушений. Это говорит о том, что в современных условиях работа ветеринарной службы кое для кого как раз и стала бизнес-проектом. В регионах зарабатывают на выдаче документов, и это увлекает. Если сегодня государственный санитарный врач получает зарплату 5 тысяч рублей, а за счет того, что «сидит на холодильнике», ему приплачивают еще 25 тысяч, он никогда ни одного нарушения не выявит.
Вторая проблема - аттестация предприятий. Сейчас непонятно, кто должен их аттестовывать для поставок продукции. Появились всяческие агентства по аккредитации. Были примеры, что Россельхознадзор задерживает украинское масло. Тут же предприниматели бегут в какую-то лабораторию в Одинцово и приносят вердикт, что с маслом все в порядке. Мы тут же выезжаем в Одинцово, проверяем, и выясняется, что в той лаборатории даже испытательного оборудования нет.
Есть поручение председателя правительства о том, что электронный документооборот должен быть внедрен. И мы создали специальные системы, которыми сейчас успешно пользуются иностранцы. Зарубежные компании четко следят за тем, в какую они попали линию по безопасности продукции - желтую или красную. Если иностранцы обнаруживают недочеты в своей работе, на которые им указывает наша электронная система, то сразу кричат: «Караул!», просят: "Можно, мы введем самоограничение?», не дожидаясь наших санкций. Мы отвечаем: вводите на две недели, проводите специальные мероприятия, после этого мы усиленный мониторинг можем ослабить.
Когда в 2008 году на Сахалине узнали, что Россельхознадзор собирается вводить электронный документооборот, там развернулись почти военные действия. Ведь что такое наша электронная система? Она учитывает квоту по добыче рыбы, сколько ее ушло за рубеж, а сколько осталось в стране. Когда приезжаешь на Сахалин, понимаешь, что рыбы вылавливается много, а деньги от этого, видимо, получает не Россия. Там никто не хочет, чтобы мы потоки рыбы сравнивали. Переломить эту ситуацию крайне тяжело, но в соответствии с поручением правительства мы будем регионы «додавливать».
- Предприниматели сетуют на то, что часто затягивается процесс уведомления предприятий относительно безопасности продукции. Случается так, что документы о результатах лабораторных исследований изымают, а свое заключение ветеринарные службы выдают через месяц.
- У нас ведь, как и у других служб, есть проблемы. Зарплаты у специалистов небольшие, не всегда люди справляются с объёмом работы. Но сейчас мы ситуацию исправили. Если у бизнеса будут и дальше вопросы, можно отправлять их на наш форум http://www.fsvps.ru/fsvps-forum/forums/list.page. После этого мы оперативно отреагируем на ситуацию.
- Было много разговоров о том, что в стране надо возродить Госхлебинспекцию, которая в советское время регулировала качество зерна. Эксперты считают, что эти функции может взять на себя Россельхознадзор.
- То, что в свое время осталось от Государственной хлебной инспекции - технологии, кадры, - в свое время уже вошло в Россельхознадзор. И мы этот костяк сохранили. В этой связи государству необходимо четко определить цели. Если оно хочет и дальше успешно экспортировать не только зерно, но и муку, и крупы, и другие продукты переработки зерна, в стране должен быть четкий государственный контроль, как это есть во всех странах, экспортирующих хлеб. Так работают в Аргентине, Австралии, США, Канаде. И эта система необходима в первую очередь для защиты отечественных производителей. Только представьте, как их обманывают всяческие частные элеваторы, например, завышая влажность, снижая сортность или указывая меньшее количество тонн зерна. Сейчас производители не могут ничего доказать, в стране нет арбитражных лабораторий. Написали крестьянину, грубо говоря, «усушку», «утруску» зерна в 10%, и он вынужден с этим согласиться.
Мы ориентируемся на страны - участницы ВТО, там этот процесс четко регламентируется. В Канаде вся пшеница закупается государством у аграриев в феврале. Если цены на нее становятся выше, государство крестьянам доплачивает. Помимо этого аграрии могут забрать свою пшеницу, чтобы затем продать подороже. Это - определенная госмонополия, которая имеет здравый смысл. У нас же сегодня лоббируются интересы западных компаний. Потому что есть несколько крупных зарубежных трейдеров, которые хотят вывозить из России дешевое зерно за счет искусственного занижения его качества. Поэтому я считаю, что у Минсельхоза должны быть расширены полномочия. Есть большое поле деятельности для установления справедливой цены и качества российского зерна, а значит, для повышения доходов аграриев, пишет «РГ».

Поделиться: