14:2322.07.14

Российские страдания вокруг селёдки

Российские страдания вокруг селёдки

Cогласно данным Росрыболовства, по итогам 2013 года экспорт рыбопродукции вырос на 12,6% - до 1 883,3 тыс. тонн, общий объем импорта увеличился на 7,3% и составил около 1 014 тыс. тонн. Доля отечественной пищевой рыбной продукции на внутреннем рынке оценена в 78,2%, что, как заявил глава Минсельхоза Николай Федоров, близко к показателям, обеспечивающим продовольственную безопасность страны по данному направлению.
Однако, по мнению экспертов, если ориентироваться на показатели, заложенные в Доктрине продовольственной безопасности, то говорить об удовлетворительной ситуации на рыбном рынке пока рано. Сомнения вызывают цифры, согласно которым «колебание доли отечественной рыбной продукции происходит около порогового уровня в 80%», поскольку в них не учитывается импортное сырье, переработанное на российской территории.
По расчетам Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ), представленным в июне на коллегии Минсельхоза, в 2013 году из общего вылова 4 250 тыс. тонн водных биоресурсов произведено 3,009 млн. тонн рыбопродукции. За вычетом экспорта на внутреннем рынке осталось всего 1 126 тыс. тонн. В результате соотношение отечественной и импортной рыбы выглядит как 53% и 47% и весьма далеко от утвержденных Доктриной продовольственной безопасности показателей - 80% и 20% соответственно.
Далеко не радужная картина складывается и при анализе потребления внутри страны продукции из отдельных видов водных биоресурсов. По многим популярным категориям баланс между отечественной и импортной рыбой явно смещен в сторону последней и требует выправления.
Наиболее показательным объектом в этом плане является сельдь, уровень потребления которой в нашей стране традиционно высок. Причем в розничную сеть она поступает исключительно в переработанном виде, как правило, в соленом, маринованном или копченом, а также в составе всевозможных пресервов (сельдь целиком, кусочки и филе сельди в различных соусах и заливках).
Емкость внутреннего рынка в пересчете на мороженую сельдь оценивается примерно в 430 тыс. тонн. Причем на долю отечественных рыбаков приходится не более 240 тыс. тонн при среднем годовом вылове в 2012-2013 годах в районе 470 тыс. тонн: 100 тыс. тонн - в Северном бассейне и 370 тыс. тонн - в Дальневосточном. Больше половины дальневосточного улова (примерно 230 тыс. тонн) экспортируется в страны АТР, оставшийся объем по большей части расходится еще до Урала, и до центральных регионов добирается не так много рыбы.
При этом в Российскую Федерацию поступает большой объем импортной сельди, преимущественно из Норвегии, в виде как мороженой рыбы, так и филе. В пересчете на сырец объемы этих поставок превышают 190 тыс. тонн в год. Получается, что потребность внутреннего рынка на 45% удовлетворяется за счет зарубежных поставок сельди, что в целом соответствует данным, озвученным в докладе крупнейшей отраслевой ассоциации.
«Нужно учитывать, что сельдь бывает разная. По импорту мы получаем атлантическую сельдь, основной вид продукции - это мороженая рыба и филе», - отмечает президент ВАРПЭ Александр Фомин. Атлантическая сельдь пользуется спросом на внутреннем рынке, и вместе с отечественным выловом ее сегмент на рынке составляет почти 300 тыс. тонн. «Около 16% потребительского спроса (в пересчете на мороженую сельдь) удовлетворяется за счет закупаемого за границей филе сельди - продукта с высокой добавленной стоимостью. Импортируя такую продукцию, Россия фактически сдерживает развитие собственной переработки и стимулирует развитие рыбопереработки в иностранных государствах», - добавляет он.
Теоретически отечественный вылов сельди способен полностью закрыть потребность внутреннего рынка, но на деле этого не происходит. Несмотря на стремительное падение ОДУ атлантической сельди и рост уловов тихоокеанской, переработчики в европейской части страны предпочитают работать именно с первой.
«Хотя дальневосточники и вся Сибирь употребляют нашу тихоокеанскую сельдь, западная часть страны предпочитает импортную рыбу, - комментирует председатель Совета директоров ОАО «Преображенская база тралового флота» Сергей Саксин. - Одна из причин - высокий железнодорожный тариф на перевозку сельди и других биоресурсов. Изначально тихоокеанская сельдь стоит меньше, чем атлантическая, однако транспортный расход сильно поднимает стоимость конечного продукта».
«Рыбопереработчикам выгодно закупать сырье за рубежом, потому что у них не требуют предоплату. Иностранцы поставляют сырье с отсрочкой платежа в полтора-два месяца, их внешнеторговые контракты застрахованы в государственных страховых фондах, и в случае невозврата выручки они получат компенсацию. Российские рыбаки работают от путины до путины, постоянно испытывают острую нехватку оборотных средств и такой роскоши позволить себе не могут», - утверждает председатель Комиссии РСПП по рыбному хозяйства и аквакультуре Герман Зверев.
Понятно, что запретить в приказном порядке импорт сельди или сделать его невыгодным за счет заоблачных ввозных пошлин в условиях ВТО невозможно. Более того, через пару лет таможенные пошлины и вовсе будут обнулены. Но в то же время правилами ВТО предусмотрено применение нетарифных мер регулирования. Например, квотирование импорта, когда устанавливается общая годовая квота на ввоз в страну товара, превысить которую импортеры не смогут. Не стоит забывать и о таком механизме защиты рынка, как система ветеринарно-санитарного контроля, который должен быть максимально жестким в отношении импортной рыбопродукции.
«Очень серьезный вопрос - это импорт филе, потому что Президент и Правительство абсолютно правы в том вопросе, что такую переработку нужно осуществлять в России, оставляя всю добавленную стоимость в нашей стране. Поэтому если говорить о введении законодательных ограничений для рыбоперерабатывающих предприятий на закупку импортного сырья, то первое, что требует жестких лимитов, - это именно филе сельди», - считает Александр Фомин.
Нежелание иметь дело с тихоокеанской сельдью рыбопереработчики нередко объясняют технологическими трудностями, поскольку она, как правило, уступает по размерам и жирности атлантической и дает больше отходов при переработке. «Тихоокеанская сельдь действительно отличается от атлантической в плане жирности, у нее более темная мышечная ткань, она требует особого подхода при посоле, - объясняет советник директора ВНИРО, доктор технических наук, профессор Любовь Абрамова.
Однако потребительские качества атлантической сельди сильно меняются в зависимости от сезона. По словам Любови Абрамовой, «крупные компании могут позволить себе отбор рыбы с определенной жирностью, тогда это гарантирует технологию и соблюдение всех условий по документам, остальные берут то, что есть на рынке». Технологи на производстве тоже далеко не всегда считают тихоокеанскую сельдь «трудным» сырьем, особенно когда речь идет о пресервах, куда добавляются специи и масло или майонез, маскирующие вкусовые нюансы.
По мнению участников рынка, государству нужно дать четкий сигнал переработчикам и подтолкнуть их к постепенной переориентации на российское сырье. Причем сделать это можно за счет не только запретительных мер, но и экономических стимулов. Например, путем субсидирования части затрат на модернизацию и обновление технологического оборудования, создание новых производств. Ведь в поручениях Президента, датированных мартом прошлого года, речь шла о необходимости стимулирования производства пищевой и иной продукции из водных биоресурсов с высокой степенью переработки. Кто сказал, что это применимо только к рыбакам?
Другим важным фактором является повышение потребительского спроса на рыбопродукцию, производимую из отечественного сырья. «Мы не уделяем должного внимания продвижению потребления российской рыбы, потому что, если нет спроса, поставки обречены на неудачу», - признает заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов. Нужна масштабная рекламная кампания по популяризации морской рыбы как последнего источника натурального животного белка, который остался на планете, а не отдельные пиар-акции для избранной публики. Здоровый образ жизни и правильное питание завоевывают все больше приверженцев в нашей стране, государству остается только подхватить и развить этот тренд.
Атлантическая сельдь заметно дороже тихоокеанской, если сравнивать отпускные цены у рыбодобытчиков или импортеров. Но уже в оптовом звене эта разница, которая могла бы быть серьезным конкурентным преимуществом дальневосточной рыбы, минимизируется. В результате даже в условиях растущего дефицита атлантической сельди переработчики не увеличивают в значительных объемах закупки тихоокеанской сельди. Анализ Комиссии РСПП по рыбному хозяйству и аквакультуре показывает, что снижение отпускной цены на тихоокеанскую сельдь на Дальнем Востоке никак не отражается на оптовой цене в Москве. Значит, высокие цены поддерживаются не рыбаками, а посредниками - трейдерами и оптовиками, контролирующими каналы поставки рыбы.
Аналогичные выводы содержатся в материалах исследования, проведенного в 2009-2010 гг. Федеральной антимонопольной службой, которая в попытке проследить цепочку формирования стоимости рыбопродукции споткнулась на знаменитой «серой зоне» и переключилась на поиск картелей в рыбной отрасли. Самое время довести исследование до конца, назвать конкретных виновников накрутки цен и пойти по пути многих стран, законодательно ограничивших размер оптово-сбытовых наценок при реализации рыбопродукции. Снижение розничных цен на продукцию из сельди даже на 5-10% моментально отразится на ее доступности для широких слоев населения и подстегнет спрос.
«Раскрутка потребительского рынка не может обойтись без участия государства. У нас огромный пласт потребителей - государственных структур, начиная от детских садов, школ и других учебных заведений, учреждений здравоохранения, МЧС, Минобороны и т.д. Если мы сможем добиться обеспечения госзаказа в части рыбы и других видов ВБР отечественного производства, это будет серьезный сдвиг», - говорит депутат Государственной Думы, член комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии Георгий Карлов.
По приблизительной оценке потребность в закупке рыбопродукции для государственных и муниципальных нужд составляет не менее 400 тыс. тонн филе. В пересчете на сырец это 1,360 млн. тонн водных биоресурсов, или треть отечественного вылова. Формирование госзаказа, в том числе по сельди, исключительно из отечественной продукции открывает большие возможности для импортозамещения.
Первый шаг в этом направлении уже сделан: Минэкономразвития издало приказ, предусматривающий предоставление 15% льготы в отношении цены контракта для российских производителей при госзакупках рыбной продукции. Следующим шагом должно стать готовящееся постановление правительства «Об установлении запрета на допуск продуктов пищевых, происходящих из иностранных государств, при осуществлении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд».
Болевой точкой, снижающей конкурентоспособность рыбной отрасли в целом, остается недоступность кредитных ресурсов. Прежде всего, это высокая процентная ставка в российских банках - до 17%, а также нежелание финансовых учреждений выдавать долгосрочные кредиты на 5-10 лет как рыбодобытчикам, так и переработчикам. Очевидно, придется решать вопрос и о льготах по уплате таможенных пошлин и НДС для закупки судов, построенных за рубежом, и рыбоперерабатывающего оборудования для береговых заводов, которое не производится в Российской Федерации.
Одной из наиболее сложных проблем является обеспечение бесперебойных поставок рыбопродукции с Дальнего Востока в центральные районы страны. Ее решение, скорее всего, окажется крайне затратным, поскольку потребует модернизации логистической инфраструктуры, строительства холодильных мощностей для круглогодичного присутствия сырья на рынке, развития транспортной сети.
«Если бы государство задалось целью способствовать увеличению поставок сельди на внутренний рынок, было бы оптимально воспользоваться опытом Советского Союза. В то время 50% стоимости перевозки рыбопродукции дотировалось государством. Если вернуть эти субсидии, объем потребления сельди увеличится многократно», - убежден Сергей Саксин. «С другой стороны, должна быть безукоризненно отработана система оформления рыбной продукции, никаких административных барьеров, как сейчас с ветеринарами, когда на надзорные процедуры уходит до двух недель», - добавляет Александр Фомин.
Полезными могут оказаться и другие экономические стимулы к увеличению поставок на внутренний рынок. Так, на недавнем заседании коллегии Минсельхоза заместитель министра - руководитель Росрыболовства Илья Шестаков заявил о возможности предоставления дополнительных льгот для тех предприятий, которые «действительно будут завозить рыбу на берег».
Нельзя отбрасывать также идею организации государством товарных интервенций по закупке мороженой сельди в период сезонного снижения цен, которое обычно происходит в конце года. «На наш взгляд, эту функцию можно было бы возложить на стратегическое предприятие «Национальные рыбные ресурсы», которое на 100% государственное, но в то же время по уставу имеет право заниматься коммерческой деятельностью», - предлагает Александр Фомин.
По его словам, ничего невозможного в том, чтобы заместить 80% сельди на российском рынке на уловы отечественных рыбаков, нет. На примере сельди может быть выстроена и отработана система, которая устроит всех. И рыбаков Северного бассейна, которым будет проще продавать свою продукцию и конкурировать с норвежской рыбой. И дальневосточников, у которых появится гарантия реализации сельди на внутреннем рынке по твердой цене. И переработчиков, которые не будут зависеть от иностранных поставщиков. И государство, которое получит дополнительные налоги, увеличит внутреннее потребление рыбы населением и обеспечит реальную, а не «нарисованную» продовольственную безопасность по рыбной продукции.
Анна ЛИМ, журнал «Fishnews - Новости рыболовства»

Поделиться: