16:0006.08.15

Чёрная дыра в музеях

Чёрная дыра в музеях

Набирает обороты очередной музейный скандал. Разумеется, на повестке дня опять воровство, только на сей раз не бюджетных средств, а бесценных экспонатов. За дело взялась прокуратура, по мнению которой охрана музеев и учёт ценностей в России поставлены из рук вон плохо.
Переоценка ценностей
Ровно год назад Генеральная прокуратура попала в историю. Она открыла в Москве на Большой Дмитровке уникальный музей в честь себя любимой. Видимо, в ходе сбора экспонатов в собственный музей, ведомство вспомнило о музейном деле как таковом. В конце концов, в России 2,727 тыс. музеев, включая 352 музея искусства, среди которых немало копилок с бесценными сокровищами.
Громких историй о кражах из музеев в новейшей российской истории хватает с избытком. Тащили отовсюду, включая всемирно известные галереи, ГМИИ им. Пушкина и даже Эрмитаж. Единственное отличие - в мире громкие ограбления музеев совершают банды, тогда как отечественные обычно грабят собственные сотрудники, причём о делах воришек становится известно спустя многие годы, а то и совсем не узнают.
Так что заведения решили лишний раз проверить. Время пришло, поскольку в прошлый раз музейные фонды массово прочёсывали 10 лет назад. И это была не плановая проверка. В 2006 г. разразился грандиозный скандал. Тогда обнаружилось, что в Эрмитаже исчез 221 экспонат из фонда драгоценных металлов и камней. Минкульт сразу, не дожидаясь прокуратуры, начал тотальную проверку музеев. Когда инвентаризация подошла к концу, в министерстве схватились за головы. Из 73 млн предметов, до которых дошла проверка, не досчитались 240 тысяч. Причём сами музеи заявили в полицию только про десятую часть потерь. Когда всё это всплыло, настало время работать следователям. Труд был грандиозный, но удалось вернуть лишь единичные экспонаты.
Проверка отгремела, скандал утих, музейные кражи продолжаются. Взять хотя бы показательные приговоры. Недавно осудили трёх грабителей, обчистивших научную библиотеку МГУ. Знали, что брать: пропала уникальная двухтомная Библия, изданная в XV веке не кем-нибудь, а самим изобретателем печати И. Гутенбергом. Редчайшую книжку пытались продать на чёрном рынке по бросовой для такого раритета цене - 40 млн рублей.
Свежих дел хватает. В июне 2015 г. прокуратура потребовала десять с половиной лет для экс-директора Центрального военно-морского музея в Петербурге А. Лялина. Пока его музей переезжал, он ухитрился нанести ущерб государству на 500 млн рублей. Хотя большая часть впечатляющей суммы получена директором не от реализации подведомственного имущества, а от банальных строительных откатов.
Но тут было что воровать. Неподалёку, в Калининграде, не далее как месяц назад осудили хранителя известного в области национального музея «Куршская коса». Бюджетов под распил у него не было, поэтому он не придумал ничего умнее, чем сбагрить налево шедевр прикладного искусства - древний костяной гребень, произведённый на свет примерно в 950 году. Самое поразительное - сокровище, появившееся во времена Ярослава Мудрого, которое оценивается в 1,5 млн руб., хранитель продал на сторону за 10 тысяч. Ничего себе скидка. Воришка попался случайно. После громкой кражи экспонатов в калининградском музее «Вальдавский замок» полиция прочесала антикварные салоны города. Украденного не нашли, зато наткнулись на гребень из «Куршской косы». Интересен и приговор: за кражу хранителю дали 2,5 года условно.
На деле таких музейных историй что ни месяц - пачками. Только за последние четыре года прокуроры возбудили дела по 850 нарушениям, касающимся сохранности экспонатов. Вот лишь несколько громких пропаж. В январе 2012 г. обнаружилось, что в Музее Балтфлота в Балтийске недостаёт ценностей на 1,5 млн рублей. Год спустя следователи начали проверку в Дагестанском объединённом историко-архитектурном музее. По описи, там хранятся 150 тыс. экспонатов, сколько осталось на деле - считают, возможно, немного. Точно известно: пропали редчайшие древние рукописи.
Одно из наиболее громких дел - уголовное расследование против сотрудников музея-панорамы «Бородинская битва». Там из запасников пропали 70 предметов, в том числе личные вещи участников сражения. Полсотни с лишним предметов исчезли из московского Музея Маяковского.В том числе испарились бесценные плакаты работы Александра Родченко.
Экспонаты на выброс
Почему в музеях творится такой бардак? Само собой, дирекции ссылаются на плохое финансирование и т.д. - тут всё как обычно. Реально - просто работают спустя рукава.
«По сути, точного количества музейных ценностей, хранящихся в России, не знает никто», - рассказывает художественный консультант П. Голубовский. Всё началось ещё в 1920-х годах, когда экспонаты из частных коллекций разбрасывали по государственным музеям. Учитывали их очень плохо. Вдобавок музейные документы тех времён пестрят ошибками. Про клинок XIV века могли написать «меч ржавый». Немалую долю ценностей разворовали уже в те времена. Причём часть экспонатов не вписали в журналы, другие, наоборот, учли два, а то и три раза. Затем удар по музейным коллекциям нанесла Великая Отечественная война. Поди теперь разберись.
Разумеется, в позднее советское время искусствоведы понемногу разгребали завалы. Но масштабной инвентаризации ценностей так и не провели. Как объясняют эксперты, большинство музеев по сей день работают по довоенным учётным книгам. Естественно, как только начинаются проверки, обнаруживаются дикая неразбериха и массовые недостачи.
Хотя порой случаются ценные находки. В 2011 г. искусствоведы откопали неизвестную картину Николая Ге. Её обладателем оказался новочеркасский Музей истории Донского казачества. В 2013 г. сотрудники уральского Ирбитского музея изобразительных искусств обнаружили в запасниках ни много ни мало подлинную картину Рубенса.
Так что порой ценности пропадают не из-за краж, а по причине общей неразберихи, царящей в музеях. «Они могут лежать в соседней комнате того же запасника или находиться в здании филиала. Ценности могут годами реставрироваться, но в музее об этом не помнят, так как не хватает нормально оформленных бумаг», - рассказывает сотрудник одного из федеральных музеев.
Возникают проблемы даже с новыми экспонатами и тем, что только что открыто. Скажем, выкопанные археологами древности сначала учитываются экспедицией, потом отправляются реставраторам. Порой они зависают на реставрации на несколько лет. Затем реставраторы возвращают предметы археологам, те переправляют ценности в музей. Сколько будущих экспонатов исчезает по дороге, никто не знает.
По сути, ценности спасает только то, что археологи, реставраторы и музейщики в подавляющем большинстве люди, очень преданные делу. Хотя это не отменяет необходимость хорошо присматривать за коллекциями. Тем более что система охраны музейных древностей давно дышит на ладан. 10 лет назад, в ходе предыдущей проверки, прокуроры отдельно отметили, как плохо работает музейная охрана. Тогда, по её данным, более 10 тыс. хранилищ не охранялись вообще никак. Прошло 10 лет, что изменилось? Совсем недавно в Доме-музее художника Левитана в Плёсе украли пять полотен, воры вытащили картины через открытое окно. Стоимость каждой картины - от 13 до 77 млн руб., при этом на окнах не было не то что сигнализации - даже решёток. Так что, судя по этому знаковому событию да и общей неснижающейся частоте музейных краж, ситуация вряд ли сильно изменилась к лучшему.
«Аргументы Недели»

Поделиться: