Иран собирается ежегодно импортировать из Таджикистана, где формируются две трети водных ресурсов Центральной Азии, до 1 млрд куб. м питьевой воды через территорию Афганистана, сообщают www.izvestia.ru.
Сроки реализации проекта, а также сумма необходимых инвестиций пока не называются.
- Взамен Душанбе будет получать нефть, а также может рассчитывать на сооружение с помощью Ирана нефтеперерабатывающего завода, - сообщил по итогам консультаций в таджикской столице министр энергетики Исламской Республики Маджид Намджу.
По его словам, уже ведутся переговоры о строительстве автомагистрали, которая бы связала Таджикистан с Ираном через территорию Афганистана. Соответствующий меморандум был подписан президентами трех стран 26 марта в Душанбе. Если она будет построена, то станет возможным возведение газо-, водо- и нефтепровода вдоль нее, что позволит доставлять питьевую воду в Иран и Афганистан, а также в некоторые страны Персидского залива.
- Иран, с одной стороны, ищет пути выхода из-под международных санкций. А с другой - стремится поддержать Таджикистан, своего главного союзника в Центральной Азии, с населением которого иранцы имеют общие арийские корни, - считает старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин.
Ирану, по словам эксперта, надо думать, куда девать добытую нефть, которая накапливается из-за санкций и не находит сбыта. Проект «нефть в обмен на воду» - это скорее политический, чем экономический шаг.
В какой-то степени его возможная реализация окажет влияние и на острый «водный конфликт» между Таджикистаном и Узбекистаном, в котором иранцы всегда занимали сторону Душанбе. Речь идет о строительстве Рогунской ГЭС на реке Вахш. Этот проект вызывает в Узбекистане вполне обоснованное беспокойство о судьбе собственных хлопковых полей, для ирригации которых будет поступать меньше воды из Нурекского водохранилища.
- Тегеран вынужден проявлять гибкость, чтобы сохранить уровень сотрудничества с теми странами, которые не присоединились к введенным против него санкциям. Если не удается добиться финансового успеха, то иранцы стремятся добыть на нефтепоставках политические дивиденды, - считает руководитель постоянной делегации Совета Федерации в Азиатской парламентской ассамблее Рудик Искужин.
В начале мая, по его словам, Иран начал принимать юани в качестве платы за поставленную КНР нефть. В последнее время Китай ежегодно приобретал у Ирана энергоносители на $30 млрд. Часть оплаты проводилась бартером. Сейчас Тегеран тоже будет использовать полученные юани для приобретения китайских товаров и услуг. Ранее по взаимному согласию Индия начала оплачивать поставки иранской нефти в национальной валюте - в рупиях.
По итогам прошлого финансового года Дели имел отрицательное торговое сальдо с Ираном - почти $8,2 млрд. Основной статьей импорта были нефть и газ. Экспортировали же индийцы продукты нефтепереработки, рис, металл, детали машин и инструменты, медикаменты, химикаты, резину, чай и другие продукты сельского хозяйства.
- Сейчас ситуация меняется: из-за санкций иранский рынок вынужденно открывается для индийских товаров. Это дает серьезные дополнительные возможности для местных экспортеров, - утверждает специалист по Ближнему Востоку индийского Совета по международным делам Закир Хуссейн.
Эксперт уточнил, что индийскую валюту по имеющимся договоренностям иранцы смогут тратить исключительно на закупку индийских товаров или привлечение индийских компаний к осуществлению крупных проектов на своей территории. Таких, например, как строительство газопровода Иран-Пакистан-Индия, разработка нефтегазовых месторождений Фарси и Южный Парс, модернизация иранского порта Чабаар и сооружение железной дороги Чабаар-Зарандж.
