В Государственной Думе задумались о том, как уберечь детей от деструктивного контента. Эту тему депутаты обсудили 26 мая на круглом столе с представителями профильных министерств, общественных организаций и вузов. Перебрав множество примеров — от «кукол в гробах» до «персонажей с изъянами» вроде Шрека, участники дискуссии пришли к выводу, что мало запретить деструктивный контент — нужно еще и создавать конструктивный. Но с этим, как выяснилось, есть проблемы, да и отказываться от запретов пока никто не собирается.
Честно говоря, я очень долго решал, о чем написать на этой неделе. Ничего не щелкало в голове, мысли никак не хотели выстраиваться в понятную цепочку. Выбранная тема и манила и отталкивала. Все сложилось 28 мая, в День пограничника. Сначала ко мне на огонек заглянул мой старый друг. А вечером посмотрел на одном из телевизионных каналов старый советский фильм «Бессмертный гарнизон» о героической обороне Брестской крепости. И понял, что писать я буду о том, как на неокрепшие детские умы воздействует наш кинематограф. И только.
Депутаты — люди государственные, серьезные, на проблемы они смотрят глобально. Не в первый раз они задумались о том, как деструктивный контент воздействует на детей. В свете последних событий. Стол в Государственной Думе, может быть, был и круглым, но вопросы обсуждались весьма острые. Организаторами круглого стола «Диалог во имя защиты: как уберечь детей от деструктивного влияния» выступили думский комитет по развитию гражданского общества и фракция «Справедливая Россия — За правду» (СРЗП). Ее лидер Сергей Миронов сразу обозначил важность проблемы, напомнив, что «против России ведется гибридная война», а известная мудрость гласит: хочешь победить врага — воспитай его детей. «И, к сожалению, воспитанием наших детей очень активно занимаются „оттуда“», — посетовал партиец. Такие напоминания с изменениями кочуют с одного круглого стола на другой. Пример? Пожалуйста! Во время круглого стола, посвященного проблемам современной российской школы, звучит: «Кто не учит свою историю, будет учить чужую». И так далее и тому подобное.
В полемическом запале участники круглого стола записали во «враги народа» Шрека, тонко отметив, что он «персонаж с изъяном». Думаю, что это просто вкусовщина. Ведь всегда было так, что одному нравится арбуз, а другому свиной хрящик. Вот только если, решая государственные дела, создавая новые законы, исполнение которых обязательно для всех, руководствоваться только собственными пристрастиями, то ничего хорошего из этого не получится.
Почему я решил писать о кино? Может быть, потому, что являюсь его большим любителем и поклонником. И потому, что болит сердце, когда я вижу, в каком состоянии находится сегодня это «важнейшее из искусств». Много лет назад Максим Горький, или Самуил Маршак, или Корней Чуковский (авторство приписывается каждому из них) сказал, что писать книги для детей надо так же, как и для взрослых, только лучше. Потом кто-то из знаменитых кинематографистов сказал то же самое относительно детского кино, которое надо снимать так же, как для взрослых, только лучше. А что мы сегодня имеем? Хорошее кино для взрослых сегодня огромная редкость, а коли детское надо снимать лучше, то детского кино сегодня у нас и вовсе нет.
Время от времени у нас с большим шумом рекламируют отечественное кино. Наверное, только то, на создание которого были потрачены сумасшедшие деньги. Так пару лет назад из каждого утюга рекламировали «Чебурашку». Так вот, на этом самом круглом столе в Думе первый заместитель председателя комитета по культуре Дмитрий Певцов (тот самый, народный артист России), призвал не водить детей на современные сказки, начиная с «токсичного „Чебурашки“». Ничем не лучше, по мнению актера, и другой хит кинопроката «Финист. Первый богатырь»: «Главный герой — придурок, самовлюбленный петух или фазан, который не меняется на протяжении всего фильма. Другой герой три раза предает своего друга — и ничего не происходит, они остаются друзьями. Баба Яга сексуально озабочена своей молодостью, других проблем у нее нет». Думаю, артист знает и понимает, о чем говорит. А сколько сюжетов было показано по центральным телеканалам о премьере «Чебурашки». Выходящие из зала зрители были в восторге! А между тем, Чебурашка, как и Шрек, «персонаж с изъяном».
Главный вывод, который я сделал, ознакомившись с публикациями об этом круглом столе, заключается в том, что иностранный деструктивный контент мы будем запрещать, а вот свой конструктивный контент создать пока не можем. И никто не знает, когда сможем. Поэтому пока привычно будем запрещать.
Теперь вернусь к визиту друга и к просмотру старого советского фильма «Бессмертный гарнизон». У нас продолжается беспрецедентная рекламная кампания, цель которой привлечь зрителя на премьерный показ фильма «В списках не значился». Я не смотрю новых фильмов о Великой Отечественной войне. Друг фильм посмотрел. Не в восторге, в отличие от героев телевизионных сюжетов, выходящих из кинозала с влажными глазами. Еще раз — я не смотрю новых фильмов о Великой Отечественной войне. Потому, что война в них — это красиво, а на самом деле, война — это страшно. Война — это красиво, благодаря компьютерной графике. Это бесконечный полет летящей точно в цель пули. Война — это экшн. А на самом деле, война это смерть, это кровь, пот, грязь. Война — это горе. Война не может быть красивой. А мне говорят, что таков запрос времени, иначе люди не пойдут в кинотеатры, не закупятся поп-корном и не будут беспечно им хрустеть во время просмотра. Неужели действительно современному зрителю глубоко плевать на чувства героев, на их мысли, сомнения, терзания? Неужели только действие, картинка ставится во главу угла? Не верю! Не хочу верить. Может быть, впору задуматься о деструктивном воздействии такого контента на все население России?
Соответствует редакционной политике
