В числе делегатов от Мурманской области на Третьем съезде рыбаков в Москве, прошедшем на прошлой неделе в Москве и широко освещенном ИА «Nord-News», был Геннадий Степахно, рыбопромышленник, депутат Мурманской областной думы. Мы обратились к Геннадию Васильевичу с просьбой прокомментировать итоги этого события.
- Проводить рыбацкий съезд даже в период предвыборной гонки было целесообразно, - считает делегат. - Мы хотели собрать его еще весной прошлого года, поскольку накопилась масса проблем, связанных с теми вызовами, которые готовит жизнь. Это необходимость обновления флота, реанимации береговой рыбопереработки, вступление нашей страны в ВТО. Потом рыбацкий съезд перенесли на осень 2011 года, а следом - и на февраль 2012-го, да еще в Колонный зал Дома союзов, весьма солидный. Как сказал руководитель Росрыболовства Андрей Крайний, за 220 лет своего существования этот зал не видел рыбаков - и тут такая честь. Да, честь, учитывая что рыбаки, вторые после сельского хозяйства, дали большой прирост объема ВВП - в 13%, при ежегодном вылове в 4,2 млн тонн.
Кстати, на съезде рыбаков Норвегии, на котором я побывал осенью 2011 года, прозвучало: вылов - 2,7 млн тонн дикой рыбы и товарной - 1 млн тонн. Всего - 3,7 млн. То есть, страна с населением 4,8 млн человек, а Россия - 142 млн, производит рыбопродукции почти столько же, сколько и мы. В Стратегии развития рыбохозяйственого комплекса РФ до 2020 года поставлена глобальная задача: увеличить объем вылова рыбы почти в полтора раза. И все равно получаются «смешные» объемы. Потому что в советские времена вылавливали 11,3 млн тонн, кормили население вдосталь.
Я все-таки доволен, что съезд состоялся, и хочу выразить благодарность руководителям Росрыболовства, ВАРПЭ и ЦК профсоюзов работников рыбного хозяйства за поддержку настойчивой инициативы рыбаков Северного бассейна по проведению Третьего Всероссийского съезда рыбаков. И инициатива проведения первых двух рыбацких съездов была за северянами, которые живут и работают в наиболее экстремальных условиях, нуждаются в пристальном внимании к проблемам такого важного сектора российской экономики, как рыбопромышленный комплекс. Я был организатором и делегатом всех трех съездов рыбаков, и знаю, о чем говорю.
Первый съезд проходил в бурные 90-е годы и стал как бы камертоном настроений в жестких условиях часто меняющейся системы распределения квот на ВБР, резкого подъема цен на топливо. Я тогда ездил в Москву и просил 4,2 млрд рублей, чтобы можно было дотировать закупку топлива, как в советские времена.
Второй съезд тоже проходил в суровые времена, когда рыбаки боролись с системой аукционов. Только на Северном бассейна продажа «рыбы в воде» съела 12 млрд рублей. Я тогда просил поддержки у «третьего лица государства» Сергея Миронова, чтобы он решил с Владимиром Путином вопрос по отмене аукционов, но - увы. Мы настаивали на принятии закона о рыболовстве, который бы законодательно установил систему наделения квот на длительный период - 3-5 лет. И вот добились. Сейчас - на 10 лет, а на третьем съезде рыбаков вице-премьер Виктор Зубков заговорил уже об идее наделения пользователей квотами на 20 лет вперед.
Этот съезд стал встречей профессионалов высшего уровня. Здесь были молодые руководители предпринимательских структур, «старая гвардия», политики. Может быть, он был политизированным, но все равно этот съезд равняется на элиту мирового рыболовства, к которой относится Норвегия. Министр рыболовства Королевства Лисбет Хансен говорит, что она - министр морепродуктов Норвегии. Потому что вся производимая в этой стране морепродукция в больших объемах идет по двум направлениям - на внутренний рынок и внешний. То есть, кормят «и себя, и того парня». Внешнеэкономические поступления «с рыбы» позволяют обеспечивать бюджет Министерства обороны этой маленькой страны. И вот в России, наконец, заговорили о том, что мы пытаемся решить подобную проблему.
В кулуарах съезда от делегатов прозвучало, что в рыбной отрасли сохраняется доминанта выживания, а не развития. Мало средств вкладывается в рыбопереработку, в отечественное обновление флота, не создаются условия для стимулирования судостроения, контролирующие органы продолжают «кошмарить» рыбацкий бизнес.
Глава Союза рыбаков Норвегии Рейдар Нильсен, принявший участие в нашем съезде в качестве приглашенного (по инициативе Союза рыбопромышленников Севера), спрашивал у меня: «Какие вопросы хотите здесь решить»? Я ответил, что речь идет о капитализации рыбохозяйственного сектора экономики, как это сделано в Норвегии. Рейдар Нильсен считает, что наши проблемы созвучны, включая экспансию нефтяной отрасли в Баренцево море.
Норвежцы сегодня - пропагандисты не только экспорта готовой рыбопродукции, но и знаний, профессионализма, компетентности и т.д. В то же время проблема с так называемыми «выбросами рыбы» норвежской стороной в отношении России так и не решена. Единственное положительное решение с последней сессии СРНК - что норвежская рыбоохрана не будет насильственно сопровождать российские суда в свои порты за нарушения, отмеченные БОХР, а ограничатся банковскими гарантиями выплаты штрафа нашим судовладельцем».
Геннадий Степахно также сообщил, что очередной, уже IV Всероссийский съезд рыбаков, решено ориентировочно провести в мае 2015 года.
По итогам: Третий съезд рыбаков собрал профессионалов высшего уровня, Геннадий Степахно
