Российские законодатели после летних каникул вновь приступили к гармонизации правовой базы страны. Главная цель комитета Госдумы по природным ресурсам, природопользованию и экологии - отрегулировать сектор аквакультуры и отлова биологических ресурсов. Об основных планах «РБГ» рассказал первый заместитель председателя комитета Валерий Язев (фото).
- Валерий Афонасьевич, какие первостепенные задачи стоят сегодня перед депутатами комитета?
- В плане нашего комитета на осеннюю сессию 2012 года стоит 43 законопроекта, 12 из которых мы считаем для себя приоритетными. Во-первых, это ряд изменений в Закон Российской Федерации «О недрах» и смежное законодательство, которые, с одной стороны, направлены на упрощение порядка предоставления права пользования недрами, облегчающее геологоразведку, доступ к геологической информации. С другой - стимулирует недропользователя к ускорению геологического поиска и разработки месторождений.
Прежде всего внесенный в Госдуму 27 августа президентский законопроект, который предусматривает, что участки недр федерального значения будут распределяться исключительно на аукционах.
Этот механизм повысит прозрачность торгов на право пользования недрами, а также существенно увеличит доходы бюджета. К таким участкам недр федерального значения относятся месторождения, содержащие запасы урана, алмазов, особо чистого кварцевого сырья, крупные запасы меди и золота, редкоземельных металлов. Кроме того, к ним относятся месторождения, содержащие 70 млн тонн и более запасов нефти, 50 млрд кубометров и более газа.
Во-вторых, в этой сессии депутаты комитета продолжат работу над изменениями в Закон «Об отходах производства и потребления», поправки к которому недавно вызвали жаркие дискуссии в обществе. Законопроектом предполагается ввести ответственность производителей за утилизацию их продукции, что само по себе революционно для нашей страны. Сумма отчислений на утилизацию импортеров и производителей, по некоторым оценкам, может достигнуть 300 млрд рублей. Наша цель - подготовить сбалансированный закон, создать стимулы для формирования в России индустрии переработки мусора. Ко второму чтению субъектами законодательной инициативы внесены 94 поправки на 200 листах, есть ряд предложений у профессионального сообщества, все они требуют детального обсуждения.
- Есть другие фундаментальные законопроекты на обсуждении?
- Безусловно. Ещё в феврале прошлого года в первом чтении принят законопроект о регулировании и хозяйственном освоении территорий, подлежащих затоплению, подтоплению. Это гидростанции и прочее. Все конфликтные и денежные вопросы переселения людей. Надеемся, что где-то в ноябре сумеем его представить.
Существует большой законопроект, принятый еще в марте прошлого года в первом чтении, об аквакультуре. Будем пытаться его принимать во втором чтении в эту сессию.
Кроме того, готовится к внесению в Госдуму законопроект о зонах падения космических объектов. Это вопрос безопасности, вопрос экологии. Наш комитет тоже в нем участвует.
Сейчас готовится общественное обсуждение закона о любительском рыболовстве. Если помните, там тоже было много конфликтов и споров между сторонами: платную ли её делать или бесплатную. Правительство разрабатывает такой законопроект, он пройдёт общественные слушания и потом будет внесен в Госдуму.
Это основной, на мой взгляд, перечень законопроектов, 22 из которых, замечу, касаются регулирования рыбной сферы, рыболовства, аквакультуры и биологических ресурсов в море. На наш взгляд, это одна из самых чувствительных тем, очень важная для страны, и окончательно она не урегулирована.
- Что вы имеете в виду?
- Речь идёт о вопросах прибрежного рыболовства, научного отлова биоресурсов. Помните, был скандал на тему: уничтожать улов или не уничтожать. Не решены вопросы квотирования рыбаков и хозяйствующих субъектов. Должны ли они быть краткосрочными или выдаваться на длительный срок? Если на короткий, тогда бизнес не сможет запланировать свою хозяйственную деятельность и не сможет взять кредиты, чтобы построить себе корабли, всевозможные траулеры, сейнеры. Но если выдавать на очень долгий срок, это можно закрыть доступ другим желающим участвовать в рыболовстве. Надо найти золотую середину. По этому поводу внесены три закона. Один внесен мной ещё где-то в октябре прошлого года. И по этому вопросу наш комитет сейчас будет объединять свои усилия с председателем комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Геннадием Горбуновым. Мы договорились из этих трех законов сделать один качественный и получить положительные отзывы правительства и ГПУ и пограничников. Естественно, что, принимая законы, касающиеся морских, не обойтись без урегулирования приграничных вопросов территорий.
- 17 сентября состоялись переговоры между «Газпромом» и ЕС по развитию двусторонних проектов в сфере газомоторного топлива. Вы, будучи президентом Российского газового общества и автором соответствующего законопроекта, как оцениваете перспективы замены в нашей стране бензина «голубым топливом»?
- В мире использование газа в качестве моторного топлива развивается весьма динамично - во всех странах таких авто насчитывается 16 млн единиц. В этих государствах понимают, что газ намного экологичнее бензина - при сгорании он выделяет на 25% меньше диоксида углерода и на 95% меньше оксида азота, чем самый «чистый» бензин. Однако в России - крупнейшей мировой газовой державе - всего лишь 1,4 млн подобных авто. Это мизерное количество. В том же небогатом Пакистане это 2,5 млн авто. Даже в ЕС - 1,5 млн. При том, что в России заправляться «голубым топливом» почти в два раза дешевле, чем бензином, - 15 руб. за кубометр газа против 30 руб. за литр бензина. В советское же время мы были родоначальниками идеи - у нас даже Ту-155 летал на газе. Потом этот опыт был утрачен. Сегодня можно было бы начать с «газификации» муниципального государственного транспорта, ведь это не требует больших инвестиций. Зато это кратно сократило бы количество токсичных выхлопов и бюджетные расходы на общественные перевозки. К тому же большая часть новейшей газоиспользующей аппаратуры уже изготавливается в России, соответственно - технология доступна потребителю. Например, газовые баллоны из композитных материалов, которые не утяжеляют автотранспорт. Автоконцерны тоже не дремлют.
- Получается, что все сводится к принятию законодательных поправок?
- Я - «за», и мы эту инициативу продвигаем. Хотя принять закон по газомоторному топливу в чистом виде пока не получается. Как только требуется одобрить некоторые нормы, связанные с прямым госфинансированием отрасли, правительство и, в частности, минфин тут же выступают против. И наоборот, когда пытаемся представить рамочный документ, то есть ослабить эти нормы, регулятор опять возмущается. Мол, зачем вообще нужен такой закон, если он экономически не стимулирует бизнес? Но принятие такого системного документа даже в таком, «урезанном», варианте, продемонстрировало бы прежде всего политическую волю государства улучшить экологию в мегаполисах. И дать импульс к массовому внедрению в стране этого вида топлива. Руки складывать нельзя - будем дальше пытаться продвигать эту инициативу.
- Как вы видите в целом газовое сотрудничество России и ЕС? Какие до сих пор существуют препятствия, в частности, по Третьему энергопакету?
- Надо воспринимать принятие ЕС противоречивого Третьего энергетического пакета как необратимый факт. К нему надо просто привыкнуть и адаптироваться. При этом учитывать «настроение» наших непосредственных соседей - так называемого энергетического сообщества Европы, куда «записались» Украина, Молдова и еще ряд игроков, не входящих в ЕС. Они имплементируют данное законодательство, и это также накладывает определенные сложности на дальнейшую кооперацию. В целом же Европа была, есть и долгие годы будет крупнейшим потребителем российского газа, от этого ни нам, ни им не отвертеться. Это один аспект.
Другой - нарастает конкуренция. Она определяется многими факторами. Первое - уменьшение удельных потреблений газа: Европа активно занимается энерго сбережением.
То есть на единицу выпускаемой продукции они тратят все меньше энергоресурсов, главным образом газа. Такая же тенденция в секторе генерации электро- и теплоэнергии. Второе: сейчас кризисные явления пройдут, и возобновится рост экономики Еврозоны. Соответственно, возрастет в некоторой степени и потребление газа. Это хорошо понимают нынешние экспортеры СПГ в регион - Катар, Ближний Восток, Австралия. При том собственная добыча газа в Европе заметно падает. Однако и у нас газ дорожает, так как мы переходим на его добычу в труднодоступных районах. Тут нужен тонкий расчет. В любом случае у России постепенно открывается альтернативный вектор торговли - Азиатско-Тихоокеанский регион.
- В недавнем прошлом вы занимали пост первого зампреда комитета ГД по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству. Какую оценку вы бы дали процессам модернизации нашей экономики?
- Откровенно говоря - три с минусом, исходя из того, что предпринимаются хоть какие-то шаги. Однако процессы эти малодинамичны - больше разговоров, деклараций и планов на будущее. Кроме лишь некоторых секторов, таких как атомная промышленность, IT-индустрия, где мы за короткий срок выбились в мировые лидеры, все остальные топчутся на месте.
- Может, настал час новых законодательных реформ?
- Без них не обойтись. Это упрощение бюрократических процедур, «разрешительных» систем, если хотите. Скажем, вместо пятидесяти госинстанций для открытия бизнеса предпринимателям будет достаточно пройти только десять. У нас оформление землеотвода для разработки месторождений занимает полтора - два с половиной года, тогда как нормальная мировая практика - 30 дней, максимум - три месяца. Это лишь один из аспектов. Другой - это налоги. Надо освободить высокотехнологичные секторы производства от излишнего фискального бремени. Но делать это нужно аккуратно. Ведь резкий «отворот» неизбежно приведет к увеличению нагрузки на нефтегазовый комплекс. На плечах которого, к слову, и так держится почти половина госказны. Золотую середину найти непросто, но надо не прекращать пытаться. Надо и с налогом на добавленную стоимость разбираться. Это облегчит налоговую нагрузку и даст зеленый свет для масштабного ввоза в страну необходимых технологий, скажем, в сфере машиностроения. С другой стороны, надо поддерживать и свой экспорт. Но какой, и в каком количестве? На мой взгляд, мы и тут пока не нашли оптимального сочетания.
Надо освободить высокотехнологичные секторы производства от излишнего фискального бремени, Валерий Язев
