В начале июля закончился двухлетний переходный период с момента ратификации договора между Россией и Норвегией о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. Благодаря этому документу Норвегия получила половину «спорного участка» на юге Баренцева моря площадью около 175 тысяч квадратных километров, который был предметом спора между обеими странами с 1970-х годов. Российские эксперты оценили этот шаг как серьезную уступку, сделанную Россией по отношению к ее скандинавскому соседу. При этом во многих серьезных вопросах ответных уступок со стороны Норвегии не последовало. В частности, никак не изменилась ситуация с 200-мильной рыбоохранной зоной Шпицбергена, которая была установлена Норвегией в одностороннем порядке. Согласно Парижскому соглашению 1920 года, которое подписали свыше 40 стран, на территорию Шпицбергена распространяется юрисдикция Норвегии. Однако на хозяйственную деятельность на архипелаге и в его прибрежных водах получили право все страны-участники Парижского меморандума, в том числе и Россия.
Еще одна проблема касается транзита российской рыбы через норвежские порты. Промысловики, которые предпочитают разгружаться именно там, вынуждены платить до одного процента в специальный фонд, предназначенный для того, чтобы выплачивать норвежским морякам зарплату в случае банкротства их предприятия. Тот, кто затем берет эту рыбу у норвежцев, должен заплатить полтора процента пошлины. В итоге российская рыба становится на 2,5% дороже, что снижает ее конкурентоспособность.
- В год мы теряем около 6 миллионов долларов на оплату всякой ерунды при выгрузке российской рыбы в норвежских портах, - подчеркнул генеральный директор Союза рыбопромышленников Севера Василий Никитин. - Эти расходы не делают погоды ни им, ни нам, но вредят нашим добрым взаимоотношениям.
Недавно в Мурманске побывал заместитель председателя правительства РФ Аркадий Дворкович, чтобы обсудить дальнейшие перспективы реализации российско-норвежского договора. После выступления рыбаков он сразу дал поручение представителям министерств иностранных дел и экономического развития разобраться в проблеме транзита. Однако вице-премьер не разделил мнение представителей рыбопромышленного сообщества, которые считают заключение договора ошибкой.
- Оснований считать, что Россия проиграла, абсолютно нет, - заявил он. - Все зависит от нас самих - насколько активно мы будем действовать в том районе, который по договору подпадает под российскую юрисдикцию, и от взаимодействия с норвежскими партнерами. У нас намного больше потенциальных ресурсов в этом районе, чем у норвежской стороны, просто нужно активно защищать свои интересы.
Кроме того, некоторые уступки за эти два года норвежцы все же сделали, считает руководитель Росрыболовства Андрей Крайний. По его словам, удалось унифицировать и размеры ячеи в трале, и минимальные размеры трески и пикши, и определиться с национальными квотами синекорого палтуса, по которым страны не могли договориться 38 лет. Осталось определиться с понятием выброса рыбы за борт, который запрещен законодательством. По этому поводу за прошедшие два года были задержаны некоторые российские суда, что каждый раз оборачивалось громкими скандалами. Судовладельцы подчеркивали, что в процессе обработки улова падение нескольких рыбин за борт практически неизбежно. Считать это выбросом или не считать? Андрей Крайний надеется, что единую позицию по этому вопросу обе стороны выработают в Астрахани, где в октябре 2013 года пройдет очередная сессия Смешанной российско-норвежской комиссии по рыболовству.
Соответствует редакционной политике
