Подконтрольный Кремлю нефтегигант «Газпром» столкнулся с неизбежными обвинениями в нарушении антитрестового законодательства со стороны Европейского союза, как раз когда ему приходится иметь дело с падающим спросом в Европе, угрозой роста международного рынка сланцевого газа и увеличением конкуренции внутри страны.
Даже украинцы избегают контрактов с «Газпромом». Есть у компании, которая считается главным инструментом российской власти, какое-то решение помимо полного краха, спрашивает профессор энергетического права Лондонского городского университета Алан Райли в The New York Times.
В прошлом месяце комиссар по вопросам конкуренции Европейского союза Хоакин Альмуния объявил, что комиссия готовит обвинения против «Газпрома» в предположительном нарушении антимонопольных законов ЕС и в попытке подорвать конкуренцию среди новых альтернативных газовых поставщиков на европейском рынке. Вероятнее всего, обвинения будут предъявлены до конца этого года, что увеличивает перспективу больших штрафов, если «Газпром» не ослабит давление на рынки в Центральной и Восточной Европе, пишет "Деловой Петербург".
Все это далеко от ситуации 2008 года, когда «Газпром» был признан четвертым в мире по рыночной капитализации - $299 млрд. Он шел после Exxon Mobil ($452 млрд), PetroChina ($423 млрд) и General Electric ($369 млрд). Глава «Газпрома» Алексей Миллер тогда хвастался, что к 2015 году капитализация компании достигнет $1 трлн, но сегодня она - чуть больше $100 млрд.
Критики говорят, что «Газпром», которым управляет российское правительство с долей 50,1%, пропустил три главных события на рынке - американскую «сланцевую революцию», растущий китайский рынок и рост во всем мире продаж сжиженного природного газа. Отказ признавать важность этих событий стоил компании дорогого.
«Газпром» управляет большинством газовых запасов России - 45 трлн м3 - но все еще имеет только 5%-ную долю мирового рынка в СПГ и изо всех сил пытается конкурировать против ряда производителей от Катара до Соединенных Штатов, в Австралии и Канаде. Тем временем на ключевых европейских рынках, где компания получает две трети прибыли, государства-члены ЕС, наконец, соединяют свои газовые рынки друг с другом, подрывая положение «Газпрома».
Если Брюссель решит, что привязывание цен на газ к ценам на нефть незаконно, издержки «Газпрома» могут быть огромны. CitiBank оценивает, доходы компании могут упасть на $14 млрд. Даже Украина, страна, где у "Газпрома" были сильные рычаги управления и где он мог продавать газ по очень высоким ценам, больше не является надежным клиентом.
К маю 2013 года Украина получила 5 млрд м3 газа от ЕС и надеется получить еще 10 млрд м3 в этом сезоне. В то же время Киев добивается соглашения с американской фирмой Excelerate Energy, которая может поставить Украине газ объемом в 5 млрд куб. м.
Кроме того, и внутри страны «Газпром» сталкивается с двумя большими угрозами. «Новатэк», независимый российский производитель природного газа, и «Роснефть», правительственная российская нефтекомпания, угрожают сократить долю «Газпрома» на внутреннем рынке, одновременно добиваясь прямого доступа на экспортные рынки.
Он может разделить «Газпром» на газотранспортную компанию и ряд производственных фирм, открыть рынок и поощрять больше иностранных инвестиций, таким образом увеличивая производство, уменьшая цены и помогая компании сохранить долю на рынке в Европе. Хотя политические и коммерческие интересы вокруг «Газпрома», скорее всего, будут сопротивляться такой радикальной либерализации.
Единственной потенциально вероятной альтернативой для «Газпрома» было бы значительно увеличить доходы посредством сделки с Китаем, по конкурентным ценам, но на большой объем поставок. В то же самое время «Газпром» мог бы добиваться соглашения с Кремлем на осторожное повышение цен внутри страны. Такое соглашение помогло бы компании получить больше финансовой возможности и времени, чтобы справиться с этой горой проблем. Ясно то, что сейчас «Газпром» не может поддерживать свой обычный бизнес. Это медленное, но определённо точное поражение.
