В феврале 1917 года Николай Второй отрекся от престола. Россия стала буржуазной республикой. Генерал Дубенский, служивший тогда в свите царя и ставший свидетелем отречения, сказал: «Отрекся, как будто эскадрон сдал».
Именно такая ассоциация возникла у меня, когда я прочитал новость, что на «Авито» вывешено объявление о продаже за 150 миллионов рублей центрального стадиона Мурманска. Продажу владелец стадиона - областной Совет профессиональных Союзов -объясняет финансовыми трудностями.
Меня покоробило, что на «Авито». Мне объясняли, что это удобный ресурс, что им все пользуются, а я все равно не мог взять в толк сам факт появления такого объявления. Если на «Авито» продают, то продают что-то ненужное. Моя дочь продавала на «Авито» почти новые одежду и обувь, из которых катастрофически быстро вырастали мои внуки, на «Авито» продают надоевшие старые автомобили, словом, все то, что вам больше не понадобится. А тут...
Наверное, впору задуматься о том много это или мало 150 миллионов рублей, может быть надо кликушествовать, что все пропало, что теперь коммерсанты устроят в самом центре города самый большой рынок, или самую большую в области парковку, но мысли приходили в мою голову совсем не об этом.
Продают стадион. В год его 60-летия. Говорят, что совсем маленькие дети помнят только самые яркие моменты своей жизни... Я попал на наш центральный стадион впервые в 1963 году. Отец взял меня с собой на футбол. Наша футбольная команда тогда называлась «Тралфлотовец». Это потом он стал «Севером». «Тралфлотовец» выступал тогда в классе «Б» и особыми успехами не блистал. Вот и в тот день он проиграл гостям из Костромы со счетом 1:4. И это на новом переполненном стадионе. Подвыпившие мужики после таких поражений называли нашу команду чуть по-другому. Меняли в названии только первую букву - «Т» на «С». Мне было горько и обидно за наших футболистов.
Через несколько лет я уже ходил болеть за «Север» самостоятельно. Не один, а с пацанами с нашего двора. Мы тогда уже переехали с улицы Челюскинцев и жили во дворе магазина «Восход». Тогда на «Север» народ ходил. Взрослый билет стоил рубль, детский - десять копеек. И мы болели! Так болели, что если по какой-то причине я пропускал матч, то рев стадиона во время опасных моментов был хорошо слышен в нашем дворе.
А День Рыбака? Это был всенародный праздник! Три представления за два дня - одно в субботу и два в воскресенье. Все три при переполненных трибунах! А еще именно на этом стадионе три года подряд в 80-е годы прошлого века проводились финалы Кубка СССР по хоккею с мячом!
Одно из самых ярких воспоминаний, все-таки футбольное. Это воспоминание из тех, что на всю жизнь. В сентябре 1975 года в Мурманск приехала сборная ветеранов играть с нашим «Севером». У ветеранов в центре нападения играл тогда всего-то 37-летний Эдуард Стрельцов. Да-да! Я видел на поле великого Эдуарда Стрельцова! Эдика. Стрельца...
И конечно, у каждого мурманчанина со стажем свои воспоминания связаны с нашим центральным стадионом. Воспоминания самые разные, но сегодня, по прошествии времени, несомненно, приятные. Кто-то ходил сюда просто кататься на коньках, кто-то назначал здесь девочке первое свидание, а у кого-то пацаны с Жилстроя отобрали двадцать копеек, выданных родителями на пирожки и чай. Кому-то набили физиономию и отобрали модную спортивную шапочку. Сегодня все эти воспоминания, как райская музыка звучат в наших душах...
А теперь его продают. Продают из-за «финансовых затруднений». Продают, как старого конягу, который честно тебе отслужил, но кончились силы. Он стал вдруг не нужен, и его повели на живодерню.
И если сегодня профсоюзы не в силах содержать стадион, то может быть, город или область обратят на него внимание? Понимаю, что лишних денег в бюджете нет, что времена трудные, что 150 миллионов может быть и можно найти, а где потом взять еще несколько сотен миллионов на реконструкцию? Я правда-правда все это понимаю. Но ведь лишних денег нет никогда. И времена у нас всегда трудные. И что, как ни крути, 150 миллионов - большие деньги. Я все понимаю. Но для многих из нас стадион вовсе не спортивное сооружение, а символ города. Во всяком случае, один из его символов.
Нас в последнее время беспрестанно призывают гордиться, любить Родину и, конечно, #насевережить, но это слова, слова, слова. А в противовес словам наша любовь к Северу, к родному городу и к его символам. Если продается память, то значит можно продать и совесть и честь.
А про деньги, особенно в той части, на что они будут потрачены, о целесообразности и здравом смысле пусть напишет кто-нибудь другой.
Фотография Татьяны Кудряшовой
Соответствует редакционной политике
