«Как такового понятия «технологический суверенитет» не существует, но, я думаю, пора его сформулировать, - говорит Игорь Мельников (фото), президент «Союзнефтегазсервиса». - Ведущие отрасли российской промышленности становятся зависимыми от иностранных технологий. Болевое место - геологоразведка. Вы можете возразить, мол, уже лет десять говорят о нашем технологическом отставании в этой сфере. Да, разговоры ведутся, но сейчас мы в точке невозврата.
В последние десятилетия мы достигали высоких показателей добычи нефти исключительно благодаря старым запасам, разведанным в СССР. Сейчас их не осталось. Об этом тоже много говорится. Но для того чтобы начать разведку новых участков, доразведку старых, увеличить коэффициент добычи нефти, нужно применять новые технологии. Нефтегазовые компании в этом вопросе доверяют иностранцам. Причем важно подчеркнуть, что не просто иностранным компаниям, а именно технологиям.
В России огромный банк идей. Может быть, еще и потому, что, как говорится, голь на выдумки хитра. Многие всемирно известные технологии, тот же гидроразрыв пласта, имеют российские корни. Другое дело, что реализовать это обычно можно только на Западе. Сейчас есть несколько хороших отечественных разработок в сфере гидродинамического моделирования, управления жизненным циклом месторождения. Но нефтяные компании предпочитают иностранные технологии, нет доверия к отечественным разработкам. А это доверие необходимо вернуть.
Важно, чтобы представители государства, нефтяных компаний и нефтегазового сервиса наконец-то сели за стол переговоров и услышали проблемы друг друга. Тут дело даже не в том, что российским компаниям не хватает заказов, это так, но это не главное. Главное - мы становимся зависимыми от иностранных технологий, теряем этот самый технологический суверенитет. Мы, получается, в собственной промышленности будем выполнять только подсобные работы. Некоторые отрасли мы уже потеряли, например сейсморазведку. Там наших специалистов к высоким технологиям уже никто не подпускает.
Не говоря о том, что фактически финансирование технологического прогресса за рубежом происходит из нашего кармана. Зарубежная сервисная компания может зарегистрировать здесь «дочку» и все необходимые налоги платить тут, в России. Все вроде бы хорошо, все довольны, вроде как в наш бюджет доходы. Но как бы не так. Часть отчислений, которые идут на развитие новых технологий и инновации, оседает не в наших лабораториях, а в зарубежных.
Так, буквально через несколько лет мы окажемся меж двух огней - между западными технологиями и китайскими. О какой государственной безопасности тут может идти речь? Государство, чиновники пока не до конца это сознают и, боюсь, поймут весь ужас происходящего слишком поздно: когда упадут добыча и цена на нефть до 80 долларов за баррель.
Только и тут государство может все неверно понять. Скажем, упадет у компаний добыча, они закупят иностранные технологии, накачают пласт реагентами или ещё что-нибудь - раз, добыча опять пошла вверх. А компании, чтобы эти затраты отбить, выстроятся в очередь за налоговыми льготами. Вот понизили налоги на добычу тяжелой нефти, и разве там больше технологий внедрять стали? Скорее просто больше чистой прибыли в отчетности отражают.
Поэтому, во-первых, нужно определить систему стимулирования использования технологий, если налоговые льготы, то какие-то целевые, на использование отечественных инноваций. Во-вторых, нужно разобраться с системой контроля выполнения лицензионных обязательств. Может быть, придется ужесточить санкции, увеличить число проверок. Как именно - это дискуссионный момент, но контроль должен быть. И в-третьих, ввести некий аналог налога на восстановление минерально-сырьевой базы (ВМСБ), который послужит базой для финансирования отечественных разработок. Но для того чтобы добиться результатов, нужно, чтобы все участники отрасли услышали друг друга. Пока это не произойдет, латание дыр остается бесполезным», сообщает РБК.
Государство и чиновники пока не до конца сознают весь ужас происходящего в России, Игорь Мельников
