Разработка шельфа - тема, которая давно бередит умы и карманы нефтегазовых компаний во всем мире. Даже Китай занялся разработкой технологий, позволяющих вести нефтедобычу под водой, и анонсировал производство собственных ледоколов для работы в Арктике. Однако на пути реализации самых смелых проектов встают вопросы рентабельности, экологии, бюрократии и разграничения сфер влияния между государствами.
В начале мая Роснефть заключила с норвежской Statoil соглашение о стратегическом сотрудничестве. Зарубежным партнерам достанется по 33,3% на четырех участках в Баренцевом и Охотском морях, выбранных для совместного освоения. Норвежцы полностью оплатят расходы по геологоразведке, а первая разведочная скважина должна появиться на участке Магадан-1 не позднее 2016 года. Роснефть в свою очередь поможет Statoil с разработкой норвежского шельфа.
Российские компании жалуются, что государственные монополисты не оставляют возможности участия в шельфовых проектах. По действующим правилам, разрабатывать месторождения на шельфе могут только госкомпании или совместные предприятия, в которых контрольный пакет находится в руках госкомпаний.
Бывший глава Роснефти Эдуард Худайнатов недавно сам жаловался на то, что Роснефть не подписала еще ни одного соглашения с российскими компаниями об освоении прибрежных зон. Как он утверждал, Роснефть направила письма с приглашением всем частным игрокам российской нефтяной отрасли, в том числе Сургутнефтегазу и Башнефти, принять участие в разработке двенадцати участков российского шельфа. Ответ последовал, но от других компаний.
Пока же у Роснефти осталось всего пять шельфовых участков, по которым еще не заключены партнерские соглашения. Это Магадан-2 и 3, Южно-Черноморский участок, Южно-Русский участок и Медынско-Варандейское море.
На круглом столе в Торгово-промышленной палате «Перспективы работы на шельфе российских нефтяных компаний» обсуждались эти и другие противоречия, касающиеся добычи энергоресурсов морского дна. Уже сегодня становится ясно, что планы добычи на шельфе, установленные 5 лет назад, не будут выполнены, и более-менее значительными шельфовые разработки могут стать не раньше 2030 года. Во многом это связано со срывом обязательств государства по обеспечению компаний инфраструктурой. Прогнозируется достижение уровня 12% от общей добычи, однако эксперты считают, что реальные показатели будут значительно меньше.
По мнению участников, одним из важнейших факторов, способных оказать негативное влияние на осуществление планов освоения континентального шельфа, является ограничение доступа к его ресурсам. Они считают, что к разработке шельфа следует допустить частные компании, которые соответствуют определенным критериям, к примеру, зарегистрированы на территории РФ, обладают опытом освоения шельфа не менее 5 лет, совокупная сумма налогов и сборов, уплаченных всеми юрлицами компании в бюджет РФ, составляет не ниже 300 млрд рублей. В то же время участники подчеркивают, что освоение шельфа - предприятие дорогостоящее, и инвесторам потребуется поддержка государства.
Современные расчеты показывают, что затраты на освоение 1 тонны извлекаемых запасов в Западной Сибири составляют 30 долларов, в Восточной Сибири - 80 долларов, а на шельфе Сахалина взлетают до 300 долларов. Самым дорогим станет освоение шельфа Арктики. Здесь каждая тонна добытой нефти обойдется в 700 долларов.
В поиск и разведку арктического шельфа Россия в течение следующих десятилетий будет вынуждена вложить около 1 трлн долларов.
«Один метр разведывательной скважины на шельфе стоит миллион рублей. Где их взять? Без активного участия государства эти вопросы решить будет невозможно», - считает глава Союза нефтегазопромышленников России, зампредседателя комитета ТПП РФ по энергетической стратегии и развитию ТЭК Геннадий Шмаль. Он уверен, что не только создание инфраструктуры, но и расходы на поиск и разведку на шельфе должны ложиться на плечи государства. При этом он высказал свои опасения в связи с отсутствием нормативно-технической базы для шельфового оборудования. Безопасность и надежность техники, работающей в сложнейших условиях, фактически не подкреплены никакими техрегламентами и стандартами. Он считает целесообразным создать отдельную отрасль машиностроения, призванную производить технологическое оборудование для нефтегазодобычи.
Что касается амбициозных планов на арктический шельф, то, по мнению эксперта по морским нефтегазовым проектам, советника генерального директора ЗАО НПВО «НГС-Оргпроектэкономика» Чингиза Гусейнова, не только Россия, но и мир в принципе пока не готовы к завоеванию Арктики и освоению акватории Северного Ледовитого океана.
Впрочем, пока отечественные нефтегазовые компании ставят более реальные задачи. Вице-президент «ЛУКойла» Владимир Муляк в числе основных приоритетов компании назвал север Каспия, с которого в 1995 году и начались шельфовые проекты. Уже в 2010 году дочернее предприятие «ЛУКойла» запустило разработку месторождения им. Юрия Корчагина, которое в этом уже году выйдет на уровень добычи в 2 млн тонн нефти, при этом максимальный уровень может составить 2,5 млн тонн. Общие затраты, по словам Вагита Алекперова, несмотря на государственные преференции, оказались колоссальными и составили около 47 млрд долларов.
«ЛУКойлу» также принадлежат такие крупные проекты, как Кравцовское месторождение на шельфе Балтики и находящийся в Баренцевом море Варандейский нефтеотгрузочный терминал. Последний попал в Книгу рекордов Гиннеса, так как несмотря на суровые заполярные условия Варандей работает 365 дней в году и способен перегружать до 12 млн тонн нефти ежегодно. Постепенно идет освоение Сарматского месторождения на Каспии, но, как отметил вице-президент «ЛУКойла», в последнее время компании выгоднее работать на зарубежных проектах, например, в Гане или на том же Каспийском шельфе, но на территории Казахстана. По его словам, в России компании мешают законодательные ограничения и бюрократия.
Как отметили участники круглого стола, очередь шельфовых разработок уже не за горами, и рано или поздно нефтегазовым компаниям придется всерьез взяться за освоение подводных энергоресурсов. Впрочем, пока их останавливает не только баснословная стоимость разведки и строительства подводной инфраструктуры. Отсутствие техрегламентов и нормативов для оборудования в сочетании с допуском к разведке и разработке шельфа коммерческих фирм может не самым лучшим образом сказаться на экологии. Выделение сероводорода, сопутствующее подводному бурению, может мгновенно погубить все разнообразие жизни, например, Каспийского моря, достаточно лишь небольшой утечки. Неизвестно также, кто и как будет определять надежность инфраструктуры и оборудования для работы на шельфе.
Этими проблемами озабочены не только в России, где аппетиты энергетических гигантов пока сдерживает государство. В частности, норвежское правительство продлило мораторий на нефтедобычу на арктическом шельфе в районе Лофотенских, Вестероленских островов и острова Сенья до 2013 года. «Уникальная морская экосистема будет защищена. По крайней мере, до следующих выборов», - говорится в соответствующем пресс-релизе WWF.
Нефть на шельфе в Арктике станут активно добывать к 2030 году
