В ежегодном исследовании Doing Business Всемирный банк присваивает странам места по индексу, базирующемуся на 10 критериях - таких, как простота подключения к электросетям, количество дней и документов на получение разрешений на строительство и открытие бизнеса и проч. Первое место в последнем рейтинге занял Сингапур, Россия - на 112-й строчке.
Комиссию создал президент Всемирного банка Джим Ен Ким специально для анализа рейтинга. По мнению ее членов, на рейтинг могут влиять мелкие факторы и тем самым он может не представлять объективной картины того, насколько просто вести предпринимательскую деятельность, передает Reuters. «Комиссия считает, что Всемирный банк должен прекратить эту практику [публикации рейтинга], - говорится в предварительной версии доклада. - Важно помнить, что рейтинг - это исключительно информационный проект. То есть его цель в том, чтобы информировать, а не предопределять политику, как это происходит сейчас в некоторой степени».
Джим Ен Ким объяснил, что просил комиссию оценить, как эволюционирует исследование, которое Всемирный банк проводит уже 10 лет. Ее выводы будут использованы для улучшения рейтинга, а работа над очередной ежегодной публикацией идет, сообщил Джим.
По словам нескольких источников Reuters, отказаться от рейтинга призывал Китай (91-е место).
Для России с прошлого года Doing Business имеет прикладное значение (см. врез). Но многие российские эксперты указывают на нереальность поставленной президентом Путиным задачи. Минэкономразвития, например, посчитало, что если воплотить все начатые реформы, то Россия поднялась бы только на 44-е место. Рейтинг, кроме того, действительно не может служить показателем делового климата - он показывает уровень бюрократических барьеров в некоторых областях.
Ликвидация этих барьеров не решает фундаментальных проблем, писали в недавнем докладе эксперты Высшей школы экономики Евгений Ясин, Наталья Акиндинова, Лев Якобсон и Андрей Яковлев. В центре новой экономической модели должны стоять свобода, конкуренция и право, ставящее свободу и конкуренцию в здоровые рамки, отмечали они; правок законодательства, улучшающих его содержание, но не влияющих на реализацию верховенства права, независимость суда, перестройку отношений бизнеса и правоохранителей, недостаточно для приведения в действие механизма здорового экономического роста.
Ни один из сценариев долгосрочного развития, представленного российскими властями, не ставит во главу угла формирование институтов, а сейчас именно плохая институциональная среда - главный ограничитель экономического роста, убеждены эксперты ВШЭ.
Россия в рейтинге Всемирного банка представлена Москвой и если бы стояла задача просто подняться в рейтинге, то мы бы сотрудничали только с московским правительством, говорит Андрей Никитин, гендиректор Агентства стратегических инициатив. Но задача стоит шире и никуда не исчезает, отмечает он: сохранить критерии работы (сокращение процедур, сроков согласований и т. д.) ничто не мешает, а если рейтинга действительно не будет, то просто вместо одного показателя - места в рейтинге - будет десяток предметных, объясняет Никитин.
Главное - не место в Doing Business, а улучшение процедур и предпринимательской среды в целом, говорил на Петербургском форуме замминистра экономического развития Сергей Беляков: хуже, если место в рейтинге вырастет, а инвестклимат так и не улучшится.
По словам управляющего партнера Ernst & Young Александра Ивлева, иностранные инвесторы редко ориентируются на Doing Business. Реальный индикатор качества предпринимательского климата - количество рабочих мест в малом и среднем бизнесе и его вклад в ВВП. У России этот вклад - около 20%, а в Европе и США - не менее 50%.
Соответствует редакционной политике
