Много лет корреспондентом Первого канала в Мурманской области был Валерий Алексеевич Анучин. Старейший и опытнейший журналист. В его архиве хранились «вечные» сюжеты, и когда событие подходило, ему надо было только снять новую картинку и записать свежие интервью. Текст сюжета был написан еще несколько лет назад. Так, каждую весну Валера слал в Москву сюжет о том, как в Кольском заливе гасят маяки, а каждую осень сюжет о том, как маяки зажигают. Мы над этим посмеивались, но его сюжеты о маяках два раза в год показывали на всю страну.
На этой неделе на Кольский полуостров пришла Полярная ночь. Каждый год я жду этого события с содроганием. И вовсе не потому, что впаду на целых сорок дней в депрессию, или, хуже того, в спячку, а совсем по другой причине. Просто, в течение многих лет я вижу одну и ту же картину. Наши телевизионные каналы, словно соревнуясь друг с другом, начинают штамповать сюжеты о том, как пережить Полярную ночь, как не впасть в депрессию, как правильно надо в Полярную ночь питаться, во сколько ложиться спать и во сколько вставать и, конечно, неустанно рассказывать о пользе рыбьего жира и витаминов. Из сюжета в сюжет начнут кочевать доктора, психологи, диетологи, фитнес-инструкторы, астрологи и даже экстрасенсы, дающие направо и налево советы, в которых, по большому счету, коренные жители Заполярья не сильно и нуждаются. А еще один из местных телеканалов почему-то возлюбил все сорок дней Полярной ночи вести обратный отсчет: до кона Полярной ночи осталось 39 дней, 38 дней и так до нуля.
А еще редакторов местных телеканалов начнут атаковать редакторы телеканалов федеральных, чтобы для них немедленно сняли сюжет о том, как нелегко нам приходится в Полярную ночь. Я довольно много лет проработал редактором новостей на ГТРК «Мурман» и устал от этих зимних звонков. Причем довольно часто звонок начинался с того, что у меня спрашивали который у нас час и какая разница во времени с Москвой. Однажды услышав это, я понял, что звонят мне люди ленивые и нелюбопытные, которым лень, не отрывая зад от стула, заглянуть в горячо любимую ими Википедию, чтобы увидеть, что Москва и Мурманск находятся примерно на одной долготе, - разница всего в три градуса - и, стало быть, время у нас самое что ни на есть московское. Иногда эти «московские» звонки умиляли, иногда бесили. Бесил поиск сенсаций там, где их нет и быть не может. Например, звонят в конце декабря и захлебываясь от восторга сообщают мне, что в Мурманске установлен рекорд холода, и им немедленно нужен сюжет об этой небывалой холодине. Отвечаю, что, да, рекорд есть, но если они думают, что у нас в декабре всегда минус 15, а в этом году вдруг бахнуло минус 30, то они глубоко ошибаются. Установленный рекорд минус 29,8 градуса, а предыдущий был минус 29,5. Интерес ко мне, к Мурманску, к зиме, к Полярной ночи моментально пропадает, и со мной прощаются, наспех сообщив, что сюжет о таком рекорде им не нужен.
А по поводу Полярной ночи я вот что думаю. За почти 64 года жизни на Крайнем Севере мой организм привык к тому, что зимой должно быть все время темно, а летом все время светло. Привык! Поэтому я не составляю себе специальное меню на Полярную ночь, не принимаю контрастный душ по утрам, не посещаю психотерапевта, а просто живу. Точно так же и в Полярный день. С его наступлением я не бросаюсь в магазин, чтобы купить глухие шторы, не пропускающие свет, потому что меня в Полярный день не мучит бессонница. Конечно, сегодня я чувствую себя хуже, чем сорок лет назад. Причем, и в Полярную ночь и в Полярный день. Так ведь я живу на Севере уже шестьдесят четвертый год. Понятное дело, что здоровья за эти годы у меня не прибавилось, а в общем и в целом все проходит так же, как и раньше. Разница в нюансах.
А впереди еще один стереотип. Чем ближе будет Новый год, тем больше будут рассказывать о рецептах коронных блюд на праздничный стол всякие широко и не очень широко известные северяне. Конечно, ничего в этом нет. Так и надо, наверное. Но! Через три месяца, практически те же люди будут рассказывать, как у них организован «постный» стол, поскольку они, как истинные православные, держат пост. А как же перед наступлением нового года? Ведь перед ним тоже пост, второй по строгости после Великого поста перед Пасхой? И новый год наступит только в ночь с 13 на 14 января. По-моему, здесь все просто: когда им выгодно, они истово верующие православные, а когда не выгодно, превращаются в искусных кулинаров, радующих своих близких скоромными блюдами. Есть в этом некое фарисейство. Или я не прав? Или слишком строг? Или слишком глуп? Не знаю. Просто с недавних пор я держу Великий Пост. Стал держать его после того, как выкарабкался из инсульта. Наверное, поэтому и отношусь к нему так серьезно. Вы уж простите меня за резкие слова.
Просто, я что сказать хотел. Мы просто живем и работаем на Севере. Некоторые всю жизнь. И мы не считаем, что это какой-то подвиг. Живем и работаем на берегу моря, температура воды в котором полгода ниже нуля. Живем и работаем в городе, где снег не выпадает только в одном месяце года - в июле. А еще мы знаем, что на смену Полярной ночи обязательно придет Полярный день. И еще, не надо нас жалеть!
Фотография Татьяны Кудряшовой
Соответствует редакционной политике
