Декабрь - это месяц планов и отложенных начинаний. Многие уже размышляют, как с окончанием декабря (а вместе с ним и года) они начнут новую жизнь. И в этой новой жизни всё будет совершенно иначе, проще и успешнее. Новый год - это всегда надежда на изменения. Хотя, казалось бы, физической разницы между 31 декабря и 1 января практически нет, но зато ментальный разрыв колоссален и подобен Великому каньону.
И эта особенность конца года транслируется, наверное, на все сферы нашей жизни. Право не является исключением из этого правила. Многие проекты законов уже ждут своего рассмотрения в следующем году и конечно же они призваны исправить все недочеты и ошибки, которые были совершены в году текущем.
Одним из таких законопроектов стал проект «Об упрощенной процедуре банкротства физических лиц». Но стоит ли возлагать какие-то определенные надежды на 2017 год в делах о банкротстве граждан, вопрос.
Все мы помним, как много говорилось о внесении изменений в Закон о несостоятельности (банкротстве), которые наконец-то сделают возможным признание физического лица банкротом. Широкой аудитории это представлялось как форма долговой индульгенции, которая избавит многих от непосильной тяжести долгового бремени.
Но когда изменения все же вступили в силу, оказалось, что очереди из желающих заявить о своем банкротстве не наблюдается. И виной тому сложность процедуры банкротства. Один уважаемый юрист даже сравнил закон о банкротстве с квантовой физикой, где многие привычные правила начинают действовать по-другому.
Вот и оказалось, что за год действия закона признать себя банкротом смогли порядка тысячи граждан, что по некоторым подсчетам составляет 0,2% от числа тех, кто формально подпадал под требования закона. Это совсем не совпадает с прогнозами некоторых экспертов, которые полагали, что на первом этапе нас будут ждать сотни тысяч заявление о банкротстве.
Эксперты, кажется, не учли, что практическая невозможность самостоятельного оформления необходимых документов, а также возможные затраты на проведение процедуры банкротства отобьют желание многих предпринимать хоть какие-то поползновения в сторону признания факта несостоятельности.
Кроме того, от нового закона были не в восторге (и до сих пор остаются) арбитражные управляющие, которые по совершенно понятным причинам не желали участвовать в банкротстве физических лиц. Так, вознаграждение арбитражному управляющему установлено в размере 10 тысяч рублей, штрафы же за возможные ошибки кратно выше. Да и вероятность дисквалификации не добавляла мотивации.
В такой ситуации стали не единичны случаи, когда банкротящийся просто не мог найти арбитражного управляющего. В то же время начали набирать силу всевозможные консультанты по банкротству, которые за кругленькую сумму готовы были заняться подготовкой всех необходимых документов. Сюда добавлялась еще и государственная пошлина, которая до недавнего времени составляла 6000 рублей.
Словом сказать, затраты на процедуру могут быть весьма серьезными и это с учетом того, что всегда существует вероятность, что заявленные долги не будут списаны.
И вот осенью этого года на свет родился законопроект Министерства экономического развития РФ, который предполагает, что в некоторых случаях граждане и сами смогут взять на себя функции арбитражных управляющих, что якобы должно облегчить ведение процедур банкротства. И в связи с этим возникает серьезный вопрос, обладает ли наш среднестатистический должник необходимыми навыками, дабы совладать с юридической квантовой физикой? Лично я в этом не уверен.
И тут будет два пути, либо люди пойдут к юристам и будут платить им, либо же суды ожидает волна «чудесных» документов, составленных на коленке на основании личных ощущений. При втором варианте, вероятность благоприятного исхода для должника станет еще ниже, чем сейчас.
Но в очередной раз мы уповаем на новый год и надеемся, что вместе с ним, как по мановению волшебной палочки, все изменится в лучшую сторону. И пусть взрослые люди не верят в Деда Мороза, но это совершенно не значит, что они не верят в чудеса.
Максим Горнаев
юрист, эксперт «Pro bono»
Уполномоченного по защите прав предпринимателей
при Губернаторе Мурманской области
Рисунок Алены Галишниковой
Супружеская измена как субъективное право
